В начале июля на Зеленом Яру под Салехардом археологи нашли и подняли берестяной кокон с предположительно хорошо сохранившимся телом. Могильник относят к тринадцатому веку.

Вскрытие кокона отложили на окончание сезона. Решили сделать это не торопясь, практически в лабораторных условиях. Предварительно исследовали металлоискателем. Прибор показал, что в коконе есть металлические предметы, которые могли способствовать естественному мумифицированию тела. Поэтому и заключили, что погребенный мог хорошо сохраниться.

И вот сегодня свершилось. В присутствии журналистов археологи постепенно поднимали слой за слоем, открывая миру ценности, которые восемь веков хранила береста.

Дело происходило в реставрационной мастерской МВК имени Шемановского. Мумию привезли из Зеленого Яра в таком виде - запакованной в пленку. Небольшая, общая длина - 128 сантиметров.

Вчера сделали 3d-сканирование, рассказал Сергей Слепченко, младший научный сотрудник лаборатории антропологии и этнологии института проблем освоения Севера (Тюмень).

Исследование подтвердило, что под несколькими слоями есть металлические пластины (бронзовые или медные), около плеча - небольшой топорик. Значит, вероятнее всего, мальчик. Лет шести-семи, судя по молочным-постоянным зубам и некоторым костям - их на томографии тоже хорошо видно.

Инструменты, которые будут использованы при вскрытии кокона.

Подстелили полиэтилен, положили на стол мумию.

Включили свет, вытяжку. И начали. Слой нулевой - Сергей Слепченко пленку разрезает резаком.



Сначала сняли пленку.

Думали, как резать бересту. Вдоль или поперек? Решили идти по естественно образовавшимся трещинам.

Первый слой - берестяной. С ног снялся практически целым куском, вместе с тем, что было под ним. Обнажился мех, похожий на олений.



На фото немного похоже на хирургическую операцию. Кстати, Сергей Слепченко по первой специальности - хирург. Справа - Александр Гусев, сотрудник научного Центра изучения Арктики ЯНАО, руководитель экспедиции.

Очень надеялись, что бересту удастся снять всю, куском, как крышку. Не получается: она сохранилась плохо и потому ее нужно отколупывать по кусочку.


Вот интересный довольно большой кусок бересты. Его сразу отнесли штатному реставратору МВК Сергею Питухину. По всей бересте замечены складочки.

Первое резюме реставратора: складки сделаны искусственно. Были защипаны или зашиты - предстоит выяснить. Но они точно дело рук человеческих.
Постепенно снимая бересту, подбираются к голове. Так будет проводиться вся "операция": каждый слой снимут со всей поверхности, и только потом примутся за следующий. Сколько будет слоев?

Вновь потребовалась консультация Сергея Питухина. Что это под берестой? Оказывается, луб, причем другого дерева, предполагает реставратор.

Все, береста снята полностью. Теперь снимают луб.

Первая находка! Среди меха, который находится под лубом, обнаружена бронзовая пластина. Небольшая, с ноготь величиной. Совершенно зеленая.


Вот уже снят луб. Тело было завернуто в шкуру мехом внутрь. Мездра не сохранилась, поэтому сразу под лубом - мех. Очень похож на олений. Это, говорят ученые, не одежда, скорее, покрывало или одеяло.

На месте, где под шкурами лицо, меховое одеяло стянуто двумя кожаными шнурами - такими узлами крест-накрест, как мы перевязываем сверток или посылку.
Начали снимать мех. Под ним в районе лица открывается медная пластина. Мех стараются снимать так, чтобы не повредить узлы кожаного шнура.

Вот показалась еще одна, примерно на шее.

Наталья Фёдорова, руководитель отдела археологии центра изучения Арктики, постоянно повторяет, что комментарии она не дает и в деле не участвует - экспедиция не ее. Но без доктора исторических наук и ученого с мировым именем, естественно, в таком деле не обойтись.


Еще одна пластина - в области живота.

А вот этого не находили ни в одном погребении, сказала Наталья Фёдорова. На пластинах в области бедра - остатки веревки, сплетенной косичкой.

Вот общий вид всех металлических пластин, которые найдены на теле. Видно, что они были стянуты веревками.


На пластине в районе живота - узел, в который завязаны все веревки.

Тут лицо.


А вот топорик, положенный в шкуры.


Слой за слоем постепенно открывалось тело ребенка. Кстати, мумией называть его неправильно, уточнил Александр Гусев. Мумия - это дело рук человеческих, результат процедуры, проделанной над телом.
В случае с ямальскими находками мы имеем дело с мумифицированными останками, причем мумифицирование произошло в естественной среде, благодаря стечению сразу нескольких факторов, в том числе - вечная мерзлота и медные пластины.

Ведущий археолог научно-производственного Центра по охране и использованию памятников истории и культуры Свердловской области Евгения Святова из Екатеринбурга подробно рассказала о том, как был похоронен ребенок.
Его завернули в шкуры как минимум двух разных животных и положили на некое деревянное основание (лодка ли? Станет известно позже).

- У нас часто спрашивают: а как вы его назвали? Мы его никак не называем, мы всегда помним, что это был живой человек, и у него когда-то было собственное имя, - сказала Евгения Святова.

На голове ребенка - часть погребального покрывала. Нам не показали, но сказали, что у него есть волосы.

Работы приостановлены. Сейчас планируется провести еще одно 3d-сканирование, и затем будут решать, что с ним делать. Консервировать? Исследовать?
Время покажет. Об экспонировании в ближайшем будущем, насколько я поняла, речи не идет.

Автор фото - Женя Жуланова.

Спасибо за внимание! Вы были первыми, кто увидел эту археологическую находку.

О разных подробностях - технологических, научных - можно будет прочитать на следующей неделе на сайте "Красного Севера".

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить